Chhwe (chhwe) wrote,
Chhwe
chhwe

Categories:

Enter Sandman (Покойной ночи, малыши)

— Еще одна ваша ссылка на академика Горшкова так же нелепа, как если бы вы сказали, что в Саранске пятьдесят мэров. Но я в самом деле его ученик. Он, по нашему профилю, обязан отвечать за все то, что происходит в науке. Ну, а сейчас речь идет о науке в целом. И именно здесь проблема Абрама Абрамовича. Понимаете? С одной стороны, очень жалко отдавать открытия, сделанные по его методу, в чужие руки. Это я понимаю. Но с другой стороны - кто это будет делать? Не из коммерческого интереса же? Да и не поверит никто. Как все кончится? Абрам Абрамович, тем не менее, полагает, что сможет убедить поверить этому самому классу. По-моему, это бред. Но ведь это вы меня пригласили сюда и все в порядке. Давайте лучше действительно поговорим о вашем новом медицинском фильме.

Абрам Абрамович замялся. — Видите ли, наши постановщики перед съемкой оговорили некоторые технические условия. И одно из них было таким... Но если вы не хотите говорить, то... - Не надо! Я догадываюсь, что вы имеете в виду. Я не хотел бы, чтобы такие разговоры привели к каким-либо изменениям в сценарии. Мне нужен результат. Я очень надеюсь, что новое медицинское средство послужит вам на пользу. Да и вам - тоже.

Абрам Абрамович вновь принял важный вид. — Мы готовы к новым экспериментам. Как и обещали, они будут проводиться в двух пунктах. На этот раз - непосредственно на вас. И на пациентах. Когда вам удобнее? Сейчас? Когда вы к нам придете? Сегодня? Завтра? А лучше - прямо сейчас? Все-таки тело - это не компьютер, его можно в любой момент... - Да-да, я знаю.

Абрам Абрамович снова замялся. — Вы, конечно, хотите проверить на мне... Я прошу вас. Поверьте, это совершенно безопасно. И вам не придется ничего делать. А что касается моей работы... Теперь все от вас зависит. Подумайте. Мы ждем вашего решения.

Абрам Абрамович повесил трубку. Провод был положен. Я постоял несколько секунд возле телефона в состоянии задумчивости. Потом снял трубку и сказал "Да". Затем набрал другой номер. - Узнай, кто это. Да. По поводу Жоры.... Кто он вообще? Мужик? Сын? А что, реально надо на него посмотреть? Ты можешь его организовать? Хорошо. Да... Какие-нибудь документы и прочее? А какие?. Ладно. Когда будет готово? Ну и хорошо.

Петька, почти одновременно со мной, увидел в окно, как во двор въезжает белый "Мерседес". Хлопнула дверца, и на дорожке появился невысокий пузатый человек с тонким большим лицом и короткими темными волосами, одетыми на английский манер в стиле "Макдональдс". Он сразу же направился в мою сторону. И у него был наметанный вид профессионального телохранителя. Я видел его впервые. И хотел бы узнать, кто он. А, может, нет. Может, меня не должны интересовать проблемы остальных. И все. Мне с ними уже ничего не сделать.

Сорокинград, канун Нового года. Отель "Буэна Виста". За столом в креслах сидят двое мужчин. У них явно европейское происхождение. На них почти одинаковые костюмы, черные галстуки и запонки в виде блестящих металлических колец.

Петька оторопело пялится на экран, потом переводит взгляд на меня и вновь на экран. Мужики заметили его взгляд. Василий Иванович поднимает на меня глаза, подмигивает, чуть-чуть привстав с кресла, и показывает большим пальцем в сторону телевизора. Мне становится интересно, что будет дальше. Я встаю и, одернув свой заношенный пиджак, иду в глубину зала. Еще несколько лет назад там не было фойе. Дон Хуан дал мне ключи от комнат. За ними не следят, они запираются сами, и я могу входить в них, когда мне вздумается. Дон Хренаро сидит в самом центре, недалеко от фойе. Рядом с ним стоит бутылка шампанского, а перед ним пепельница с несколькими окурками. Он пьет. Василий Иванович стоит возле кресла. Он заговорщицки смотрит на меня и делает губами какое-то движение. Дон Хреньо прислушивается к радио, которое крутится в углу, за низеньким столиком. Я подхожу к столику. Дон Капоне внимательно смотрит на меня. Он глядит на меня так несколько секунд, потом переключает станцию. Дон Жуан поет низким басом. На экране показывается заснеженный зеленый лес. По экрану проносятся медведи. Дон Хозе смеется. Я некоторое время стою рядом, потом начинаю ходить по залу. Я замечаю, что Дон Жуан мне не нравится. Дон Хуан замечательный человек. Но он слишком мрачен. А то, что происходит на экране, мне совершенно не нравится. Дон Капоне хватает меня за рукав. Дон Хренаро внимательно смотрит на меня. Я говорю «Извините» и иду к зеркалу, посмотреть, как я выгляжу. Это довольно сильное зеркало в дубовой раме, на котором изображены несколько обнаженных фигур. Я смотрю в него и вижу отражение Дона Хренаро. Он делает какое-то странное движение губами. Дон Хуан смеется. Мне становится не по себе. Я никогда не чувствовал себя так плохо, как в тот момент. Кролик медленно выходит из-за кулис и направляется ко мне. Я отворачиваюсь от зеркала и смотрю в зал. Там идет разговор. Телевизионный ведущий стоит у длинного стола. Кастанеда об этом даже не упоминает, так как сразу начинает петь Чжао Цзы. Серый котейка прыгает по дивану рядом со мной. Я жму ему лапку и прошу уйти. Теперь на экране весело пляшут волки.
Tags: луноход-3, прохныч
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments